№12(28)
Декабрь 2005


 
Свежий номер
Архив номеров
Персоналии
Галерея
Мастер-класс
Контакты
 




  
 
РЕАЛЬНОСТЬ ФАНТАСТИКИ

КРЕСТ


Продолжение. Начало читайте в «РФ», №11(27).

Глава 2. Предательство по Писанию

Хотя Оттар и не желал в том признаваться, Сарград поразил его. Жизнь тут кипела, а для помыслов и деяний открывался такой простор, что Оттар растерялся. Но уже через неделю он пропитался городской жизнью настолько, что отцовское поместье именовал снисходительно «деревней».

Годинор, да и все княжество представлялось ему теперь сонным царством, а Сарград — бурлящим водоворотом. Здесь присутствовали те же самые элементы, из которых складывалась жизнь Оттара «в деревне», — только поворачивались они иным боком. Церковь держалась более светски, и неудивительно: в «деревне» душами правили лезуиты. А в Сарграде — епископ. И какой епископ! Отец Франциск — блестящий ученый-церковник, обходительный и проницательный, политичный и честолюбивый, смелый и всегда готовый оказать помощь… И притом настолько чистый, что пользовался всеобщей любовью. Оттар знал: отец Франциск происходил из герцогского клана Стэнгард, но природная скромность в свое время чуть не сделала его вечным и добровольным капелланом в Найноре. Старый князь почти силой выпихнул юного священника в мир. Теперь отец Франциск стал епископом.

Рыцарство из сугубо военного братства превратилось в городе в дерзкую и немного манерную идею, подталкивавшую молодых людей не только на подвиги, но и на любовные авантюры. Впрочем, дерзость, именно дерзость, граничившая порой с наглостью, была самой яркой и обязательной чертой всех сторон городской жизни — в храме и в любви, в рыцарстве и в науке, в торговле и в благотворительности.

Вхождение Оттара в светское общество тоже произошло дерзко. Его будто научил кто, как держаться, чтобы быстро завоевать симпатии и антипатии — а человек, не имевший лютых врагов и не церковник притом, здесь уважением не пользовался. В первый же вечер Оттар наведался в кабачок «Три гуся и свинья», разинул с непривычки рот на танцовщиц и услышал язвительное замечание в свой адрес. Не глядя на насмешника, Оттар равнодушно пообещал череп раскроить, если тот станет жалким кваканьем отвлекать от зрелища.

На следующее утро он уже встретился со вчерашним оппонентом в Дурканском парке. Тогда Оттар не ведал никаких местных традиций. Ни того, что дуэлянты давно облюбовали этот парк для своих «встреч», ни того, что его противник — настоящий светский лев. Он видел перед собой лишь высокого, начавшего полнеть мужчину лет двадцати пяти, темноволосого, с тоненькими усиками и презрительной улыбочкой на красных губах. Соперник показался Оттару чересчур пресыщенным жизнью, чтобы быть хорошим бойцом. Так и вышло. Вся дуэль заняла тридцать ударов сердца, после чего Оттар отправился домой, а его противника повезли к модному лекарю зашивать рану в плече.

Через два дня случилась вторая дуэль. Оттар повел себя иначе. У него появились знакомые, он пригласил их на дуэль свидетелями. Сам пришел празднично одетый. Перед дуэлью остроумно поддел противника:

— Сударь, вы прислали мне вызов, начинающийся со слов «Не изволите ли вы, рыцарь, прогуляться со мной поутру в Дурканском парке? С нетерпением буду ожидать вас там». Так вот, сударь, прогуливаюсь в парках я исключительно с особами женского пола, а с мужчинами я дерусь. Если же вам угодно считать себя персоной, пригодной лишь для прогулок в парках, то отчего ж вы пришли в мужском костюме и при оружии?

На этот раз Оттар, проведавший, что зрители не любят быстрых поединков, провел бой красиво. Он почти протанцевал его, оттягивая решающий момент насколько можно, и в конце острием шпаги нанес противнику глубокую царапину на лице, молвив высокомерно:

— Вот вам шрам, сударь, чтобы не приходило более в голову приглашать мужчин в парк прогуляться.

Через неделю Оттара обожал весь город. Его звали в кабачки и на конные прогулки, на вечера к известным певицам и красоткам, он входил в дома, где ночи напролет пили сладкое вино и играли в карты, в кости и прочие игры, так горячившие кровь. Он просадил некоторое количество денег и играть больше не рисковал. Хотя отец, достигший примирения с сыном только обещанием провести сезон в городе, на траты не ворчал, но Оттар и сам умел считать. И не любил выбрасывать деньги на ветер. В конце концов, это же его капитал.

В одно прекрасное утро его навестил Эрик, тоже зимовавший в Сарграде, а не в Найноре. Собственно, известие, что князья намерены отказаться от своего затворничества, стало лишним доводом, повлиявшим на уступчивость Зигмунда Горларда в споре с наследником. До города Оттар и Эрик добирались вместе, а уже на окраине направились в разные стороны: Оттар к дому на улице Кожевников, снятому отцом, а Эрик — к княжескому дворцу на Стефанице, иначе называемой Аббатской площадью. Прозвали ее так потому, что здесь в годы Тридцатилетней войны убили аббата-вернадинца по имени Стефан, проклявшего Эстиваров за грехи их и учившего народ не слушать короля, предавшегося дьяволу.

Позволить себе жить на Стефанице могли лишь самые богатые семейства провинции: Стэнгарды и Хайрегарды. Герцогский клан Стэнгардов, владевший огромным, по площади сравнимым с Валадом северным поместьем Хойрой, был очень влиятелен, даже королевского наместника в провинцию традиционно назначали из Стэнгардов. Ныне им был Эстольд, герцог дель Хойра, женатый на Ингрид, сестре Эрика. Особняком он владел вполне подобающим своему положению. А как раз напротив герцогской резиденции располагался княжеский дворец. Кроме того, на площади возвышался величественный кафедральный собор.

В пути Эрик жаловался Оттару, что содержание городских особняков — не только в Сарграде, но и в Трое, и в Черевице, и в Румале, — обходится ему дороже, чем содержание жилой цитадели Найнора.

— Найнор — сердце клана, — говорил Эрик. — Это хранилище всех ценностей в княжестве, это городская крепость, и это дом, в котором мы действительно живем. А в тех особняках мы бываем редко. Бывает, что за всю жизнь князь и не покажется в каком-то из своих домов. А следить за ним обязан. Хорошо, что лезуиты согласились управлять моим румальским имением — они заодно и особняк в Румале в порядок привели. Там лет тридцать никто из наших не появлялся. А здание старинной постройки, на Хаенто — на главной площади. Лезуиты часть здания в пользование арабам сдали, там теперь торговые ряды для самых богатых покупателей. У меня, честно, еще не скоро руки до него дошли бы.

— А я тогда, в монастыре, думал, у тебя какие-то иные планы…

— Какие планы?! Я один, а поместья по всему миру! Не разорваться же мне. В Трое-Черевице управляющий воровал страшно, больше половины дохода в карман клал. Там все воруют — обстановка располагает. Хозяева далеко, им главное, чтоб поместье совсем в пустыню не превратилось. Теперь там лезуиты хозяйничают. Я точно знаю, что они берут свою десятину, остальное в оборот пускают. Если бы мне остальное имущество так же выгодно использовать…

В городе Оттар заглянул в особняк князей Валадских только раз — на следующий вечер после первой своей дуэли. Дворец оказался величественным, сложно распланированным, с садом летним, напоминавшим парк, и зимним, высаженным в огромной оранжерее, закрытой сплошь толстым стеклом. Трехэтажный добротный и роскошный особняк. По сравнению с ним дом, где поселились Горларды, выглядел просто бедняцкой хижиной.

И Эрик, которому изменила тактичность — или убогость жилья повергла его в шок? — не преминул заметить нищету отделки и обстановки, когда явился к Оттару утром накануне Юлаева дня.

— Твой отец напрасно снял дом здесь. — Эрик озирался, не скрывая брезгливости. Пробежал взглядом по темным потолочным балкам, по неприкрытым обоями стенам, по старой мебели. — Надо было на Гитском холме. Там есть особнячок, маленький, но вполне приличный. И всего-то на двести златров дороже. Зато туда можно пригласить близких друзей на вечеринку, и не придется краснеть.

Такого стыда Оттар никогда еще не испытывал. Двести златров разницы для Хайрегарда — пустяк, мелочь на карманные расходы. А Горларды на двести златров жили год.

Притом Оттар понимал, что для Эрика вовсе не была секретом бедность Горлардов — они ж его вассалы, знал прекрасно их доходы. И Годинор тоже не блистал роскошью. Но там Эрик никогда не подавал виду, что замечает вопиющую нищету. Он стал вести себя бестактно только в городе: не одобрял примирение с родителями. Он хотел, чтобы Оттар воспользовался рекомендацией отца Франциска и поступил бы на службу в орден. Но вслух этого не говорил. Эрик ничего не сказал даже тогда, когда Оттар, пряча глаза, признался ему, что барон Зигмунд воровал вместе с повешенным старостой. Эрик отказался от судебного преследования барона, но отношения друзей дали трещину.

Впрочем, трещину они дали много раньше — в год, когда погиб Вальтер Закард, а у Оттара не хватило смелости, чтобы сознаться в убийстве...

— Тебя совсем не видно в городе, — заметил Оттар. — Никто даже имени твоего не слыхал.

В тоне крылась нотка самодовольства — как же, ведь самого Оттара знали все.

— Я бываю только у герцога, — пояснил Эрик, будто не заметив спесивого тона. — Там собираются все, с кем имеет смысл водить знакомство, и кто интересен мне. Что же до тех, кто имени моего не слыхал... У меня нет времени кутить и играть в карты с теми, кто живет на Валаде, но не знает имени собственного князя. Да и карты я не люблю. С таким невероятным везением, как у меня, садиться за стол просто неприлично. Я никогда не проигрываю. Да... К тому же, я скоро уезжаю. Сразу после Ай-Эр герцог отбывает в столицу, и я вместе с ним. Эстольд считает, что мне пора представиться королю и Малому Совету. А по весне, после ледохода, я отправлюсь в Румалу, за тем же самым — представиться канцлеру и Сенату. Я ведь не только валадский князь, но и румальский принц. Заодно и наведаюсь в Трою-Черевицу.

Отповедь, произнесенная обманчиво мягким тоном, обожгла сердце Оттара. Князь разом показал ему, кто из них чего достоин. Эрик — влияния политика, Оттар — жалкой славы дуэлянта. Причем даже не в столице, а в Сарграде. «Там собираются все, с кем имеет смысл водить знакомство, и кто интересен мне»... Эрик ни разу не приглашал Оттара составить ему компанию, отправляясь к герцогу.

Обида заставила Оттара распустить перья и приняться расписывать свои подвиги так, что они стали похожи на деяния древних гитов. Эрик помалкивал, иронично улыбался. А, уловив паузу, сказал:

— Завтра Юлаев день. В Найноре мы бы отмечали его именно как Юлаев день, но здесь такое вызывающее поведение недопустимо. Поэтому будем праздновать, как мой день рождения, благо, мы с Юлаем родились не только в один день, но и в один час. Отец завтра передает мне княжество, по этому случаю мы даем бал. Я хотел ограничиться вечеринкой или ужином для самых близких друзей — в точности как мы в Найноре устраивали, — но Эстольд считает, что нужно большое празднество. Соберем весь цвет нашей златирии, будет и мертийский граф, — Эрик поморщился, — у него дочь на выданье. Единственная наследница. Мне отец второй месяц ее нахваливает.

— Что ты думаешь по этому поводу?

— Да ничего. Женить меня на ней хотят.

— И согласишься? — ужаснулся Оттар.

— А куда деваться? Если б не беда с Ядвигой, отец бы погодил немного. Теперь же все, пути отрезаны. Нельзя в двадцать лет жить вдовцом с маленькой дочерью на руках. Отец настаивает, чтобы свадьба была непременно до отъезда, боится, что я холостой во все тяжкие в столице пущусь, или женюсь на какой-нибудь актриске... — Эрик хмыкнул. — И уж конечно, никакого выбора у меня больше не будет. Я должен обзавестись наследником. И обзавестись от производительницы, у которой родословная не короче моей.

Оттар по достоинству оценил циничное замечание Эрика, сравнившего златирский брак со случкой породистого скота.

— Ничего, — сказал Эрик, — переживу. В конце концов, я дома мало времени провожу… А эта девушка, по крайней мере, красива. Я ее видел.

— На Ядвигу похожа?

— Нисколько. Скорей уж она копия Изабели дель Вагайярд… ты ее не знаешь, ну да ладно. Был у меня с ней коротенький роман, с тех пор не люблю блондинок. Отец как специально искал вторую такую же… Словом, завтра мне предстоит трудный день, придется ухаживать за красоткой, но, боюсь, не хватит терпения.

Оттар фыркнул:

— Невелик труд.

— Да, — согласился Эрик. — Невелик. Если не считать того, что девица глупа, как мертийская овца.

— Откуда ты знаешь?

Эрик замялся и неохотно пояснил:

— Сестра сказала.

— И ты поверил?! — возмутился Оттар. — Может, она ревнует. Боится, что ты станешь считаться с женой больше, чем с ней...

Эрик глядел насмешливо:

— Я тебя завтра рядом с девицей посажу, — пообещал он. — Сам ее развлекай, раз заступаешься. Только потом не жалуйся на испорченный вечер!

— Смотри, как бы не пришлось пожалеть тебе, — парировал Оттар. — А то вдруг девица окажется умницей? И мы славно перемоем тебе косточки!

— Ну, для этого большого ума не требуется, — обронил Эрик. — Надеюсь, тебе удастся повеселиться... — Вздохнул. — Основной список гостей составлял отец, и мне не очень понравился его выбор: одно старичье и девчонки на выданье. Я подумал, что твои друзья — наверняка дети и внуки тех людей, с которыми я ежедневно вижусь у герцога. Нехорошо, что я совершенно не знаком с нашей молодежью. И будет замечательно, если они придут завтра. Твои друзья разбавили бы чопорное общество стариков и влились бы живительной струей в праздник. — Он достал стопку конвертов с княжеским гербом. — Прошу тебя, пригласи их от моего имени. И не сомневайся, не оглядывайся на их знатность и богатство, зови тех, кого считаешь приятными людьми.

Оттар проводил Эрика, с легкой завистью проследил, как князь уселся в великолепную карету с гербом на дверце, и поднялся в свою комнату. Ему очень нравилось предложение Эрика; Оттар предвкушал, какой фурор произведет среди новых приятелей. Шутка ли — получить приглашение на самый важный прием сезона! Оттар любовно погладил красивые конверты и решительно взялся за перо...

...Он вернулся домой еще засветло. С окаменевшим лицом пробежал через комнаты первого этажа, поднялся по шаткой лестнице и заперся у себя. Ему хотелось выть, рычать и кидаться на стены. На столе остались конверты с чистыми приглашениями — Эрик принес с запасом, — Оттар смахнул их на пол и принялся топтать.

Оттар понял, что такое настоящее унижение. Он стыдился нищеты, хотел уйти из дому, прознав, что отец его — вор. Но только Эрик сумел ударить Оттара всерьез.

Несколько лет, несколько долгих и веселых лет Оттар считал его другом. Думал, что знает Эрика как облупленного, что молодой князь видит в сыне вассала равного себе... И заблуждался бы дальше, если б посторонние не раскрыли глаза Оттару.

Он радостно объявил, что молодой князь приглашает всех на завтрашнее торжество, а его подняли на смех. «Эй, Оттар, мы-то думали — ты златирин! А ты, оказывается, княжеский секретарь, прислуга!»... Оттар полез в драку, на плечах повисло четверо, а насмешник не успокаивался. Отошел подальше и издевался с безопасного расстояния. «Небось, украл приглашения, чтоб перед нами связями похвастаться? Ждал, что мы поверим? Ага, мы, дураки, придем, а нас из дворца выпрут. Хорошенькую шутку ты придумал, достойную лакея».

Спустя полчаса насмешника выпроводили, а Оттара утешали всей компанией. «Ты не принимай близко к сердцу, — говорил один. — С богатыми это бывает: хочется иметь при себе конфидента. С равными они дела обсуждают, а вот чтобы по душам — так и поговорить не с кем. Потому и зовут в конфиденты парней победней, но благородных. Победней для того, чтобы избранник доверием дорожил. Только, по-моему, лучше жить скромно, чем плясать на задних лапках перед таким же парнем, как ты, но богатым».

Оттар ошибся: в городе Эрика знали все. Но упоминать о нем считалось дурным тоном. «Кто мы, а кто он? — сказали Оттару. — Белая кость, голубая кровь... Кто мы для него? Вассалы? Не смеши. Он потомок королей, которые не делали разницы между вассалами и рабами. Мы для него никто, пыль под ногами. Да его собака стоит столько же, сколько иное поместье?! Ты от пожара убытки понес? Ну да, как мы все. И как Эрик. Только мы теперь каждый грош считаем, а Эрик по осени епископу триста тысяч золотом отсыпал. Просто так отсыпал, в дар, на благие дела и помощь нуждающимся». Оттар онемел, а другой приятель подхватил: «Ну да, он у нас скромником прикидывается. Оттар, ты видел фабрики за рекой? А знаешь, кому они принадлежат? Эрику. Что у тебя с ним может быть общего? Или ты тоже — скромником только прикидываешься?» Оттар не мог возразить. Он впервые услышал то, что было известно всему городу; разве можно поверить в слова человека, который ничего не знает о своем друге? Да и засомневался Оттар, что Эрик считает его другом. А потому нагло сказал приятелям: «Ну, как хотите. Я думал: почему бы нам не повеселиться во дворце? Там будут прекрасное вино и лучшие девицы города. Где еще удастся с ними потанцевать? Не хотите — не ходите. Мне больше достанется».

Приятели рассудили, что грех упускать развлечение, которое само в руки плывет. А Оттар попрощался под предлогом, будто его ждет родня к обеду, и ушел. Он притворялся спокойным, пока не остался один — но тут уж дал себе волю.

Каков мерзавец, а? Эрик забавлялся, играя в дружбу, а относился к Оттару, словно к легавому кобелю, которого кормил из рук, но заставлял носить за собой перчатки. Вот он и показал себя. Да еще и так обставил, что Оттар сам опозорился в глазах знакомых. Теперь в городе судачить станут, что Оттар Горлард — мальчик на побегушках у молодого князя. Только Оттар не легавый кобель, чтоб кто-то, пусть даже и князь, помыкал им. Обиженная собака кусает хозяина, рана болезненна, но быстро заживает. А человек способен отомстить, и раны от мести не затягиваются порой до смерти.

Значит, неженатому Эрику уезжать нельзя? Если он не поедет, у него испортится политическая карьера, вряд ли Малый совет примет во внимание его семейные трудности. Сочтут, что Хайрегард пренебрегает обществом аристократов. А ведь нынешние короли Хайрегардов ненавидят. И малейший упрек навсегда закроет Эрику дорогу в политику. Тут уж не до Румалы, хотя туда-то он может отправиться и как частное лицо. Ну и пусть катится.

А добиться этого проще простого. Эрик сам обмолвился: он не испытывает воодушевления от мысли, что придется ухаживать за невестой. Вот и хорошо. Оттар за ней приударит с удовольствием. Наследница мертийского графства? Замечательно. Красавица? Так вообще чудесно! Осталось лишь узнать, чем дышит такая мечта любого нищего рыцаря. Но это-то проще простого, ибо не у одного Эрика была осведомленная сестра — у Оттара тоже. Агнесс вместе с мужем с лета жила в Сарграде, и никто не знал про невест больше нее. Разве она откажет в помощи родному брату? Ему не много надо: всего лишь понять, как правильно подойти к мертийской овечке, чтоб та позволила состричь с себя золотую шерстку.

Оттар вмиг собрался и поехал к сестре.

Продолжение читайте в журнале «Реальность Фантастики №12(28) за ноябрь 2005».



   
Свежий номер
    №2(42) Февраль 2007
Февраль 2007


   
Персоналии
   

•  Ираклий Вахтангишвили

•  Геннадий Прашкевич

•  Наталья Осояну

•  Виктор Ночкин

•  Андрей Белоглазов

•  Юлия Сиромолот

•  Игорь Масленков

•  Александр Дусман

•  Нина Чешко

•  Юрий Гордиенко

•  Сергей Челяев

•  Ляля Ангельчегова

•  Ина Голдин

•  Ю. Лебедев

•  Антон Первушин

•  Михаил Назаренко

•  Олексій Демченко

•  Владимир Пузий

•  Роман Арбитман

•  Ірина Віртосу

•  Мария Галина

•  Лев Гурский

•  Сергей Митяев


   
Архив номеров
   

•  №2(42) Февраль 2007

•  №1(41) Январь 2007

•  №12(40) Декабрь 2006

•  №11(39) Ноябрь 2006

•  №10(38) Октябрь 2006

•  №9(37) Сентябрь 2006

•  №8(36) Август 2006

•  №7(35) Июль 2006

•  №6(34) Июнь 2006

•  №5(33) Май 2006

•  №4(32) Апрель 2006

•  №3(31) Март 2006

•  №2(30) Февраль 2006

•  №1(29) Январь 2006

•  №12(28) Декабрь 2005

•  №11(27) Ноябрь 2005

•  №10(26) Октябрь 2005

•  №9(25) Сентябрь 2005

•  №8(24) Август 2005

•  №7(23) Июль 2005

•  №6(22) Июнь 2005

•  №5(21) Май 2005

•  №4(20) Апрель 2005

•  №3(19) Март 2005

•  №2(18) Февраль 2005

•  №1(17) Январь 2005

•  №12(16) Декабрь 2004

•  №11(15) Ноябрь 2004

•  №10(14) Октябрь 2004

•  №9(13) Сентябрь 2004

•  №8(12) Август 2004

•  №7(11) Июль 2004

•  №6(10) Июнь 2004

•  №5(9) Май 2004

•  №4(8) Апрель 2004

•  №3(7) Март 2004

•  №2(6) Февраль 2004

•  №1(5) Январь 2004

•  №4(4) Декабрь 2003

•  №3(3) Ноябрь 2003

•  №2(2) Октябрь 2003

•  №1(1) Август-Сентябрь 2003


   
Архив галереи
   

•   Февраль 2007

•   Январь 2007

•   Декабрь 2006

•   Ноябрь 2006

•   Октябрь 2006

•   Сентябрь 2006

•   Август 2006

•   Июль 2006

•   Июнь 2006

•   Май 2006

•   Апрель 2006

•   Март 2006

•   Февраль 2006

•   Январь 2006

•   Декабрь 2005

•   Ноябрь 2005

•   Октябрь 2005

•   Сентябрь 2005

•   Август 2005

•   Июль 2005

•   Июнь 2005

•   Май 2005

•   Евгений Деревянко. Апрель 2005

•   Март 2005

•   Февраль 2005

•   Январь 2005

•   Декабрь 2004

•   Ноябрь 2004

•   Людмила Одинцова. Октябрь 2004

•   Федор Сергеев. Сентябрь 2004

•   Август 2004

•   Матвей Вайсберг. Июль 2004

•   Июнь 2004

•   Май 2004

•   Ольга Соловьева. Апрель 2004

•   Март 2004

•   Игорь Прокофьев. Февраль 2004

•   Ирина Елисеева. Январь 2004

•   Иван Цюпка. Декабрь 2003

•   Сергей Шулыма. Ноябрь 2003

•   Игорь Елисеев. Октябрь 2003

•   Наталья Деревянко. Август-Сентябрь 2003