№11(27)
Ноябрь 2005


 
Свежий номер
Архив номеров
Персоналии
Галерея
Мастер-класс
Контакты
 




  
 
РЕАЛЬНОСТЬ ФАНТАСТИКИ

ОЛЬГА ТРОФИМОВА: «ФАНТАСТИЧЕСКАЯ ПРОЗА — СЕРЬЕЗНАЯ И КАЧЕСТВЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА, К ТОМУ ЖЕ ЭСТЕТИЧЕСКИ СОСТОЯТЕЛЬНАЯ!»


Отечественная фантастика прирастает разными людьми. Пожалуй, это да еще корни «старой традиции» не позволяет ей превратиться в исключительно коммерческий продукт — что больше соответствовало бы духу времени, но вряд ли обрадовало бы нас, читателей. Люди «со стороны» — но отнюдь не посторонние! — привносят не только новые веяния, они позволяют взглянуть на привычные для фэндома истины с новых позиций. Порой — спорных, часто — неожиданных, но безусловно интересных. Одним из таких «людей со стороны» стала Ольга Трофимова — главный редактор издательства «Петербургское Востоковедение», автор ряда научных публикаций, лауреат конкурса «Человек книги 2001» в номинации «Редактор» и конкурса «Человек книги 2003» в номинации «Человек научного книгоиздания». О том, какими путями Ольга пришла в фантастику, как ей работалось с составительницей антологии «Новые легенды» Марией Звездецкой, о готовящихся к выходу «Новых легендах-2» и о многом другом вы и узнаете из этого интервью.

— Для начала расскажите, как получилось, что Ольга Трофимова, главный редактор академического издательства, вдруг обратилась к фантастике?

— Все очень просто. Однажды по электронной почте пришел в Россию из далекой Шамбалы файл — с текстом некой книги и кратким резюме: «Время пришло. Хольм». Это был первый том эпопеи Хольма ван Зайчика «Плохих людей нет». Ван Зайчик — русский разведчик голландского происхождения, который пишет исключительно по-китайски. Для консультирования его переводчиков были привлечены два замечательных китаиста: исследователь средневекового китайского права, известный писатель-фантаст Вячеслав Рыбаков и исследователь китайских народных верований и средневековой китайской прозы, писатель Игорь Алимов. Поскольку это ближние мои люди (Алимов — муж, Рыбаков — старинный друг), то я редактировала все книги Хольма ван Зайчика и ко всем писала предисловия. Последнее, к седьмому тому, который будет называться «Дело непогашенной луны», закончила совсем недавно.

И поскольку Хольм ван Зайчик пишет в жанре «альтернативной истории, я совершенно неожиданно оказалась в эпицентре фантастической литературы. И выяснилось, что она живая, активно развивающаяся, полная поисков и находок. В сущности, за последние десять лет самые заметные и самые интересные книги были написаны в пограничных областях: на стыке старой фантастической традиции (в широком ее понимании) и на стыке серьезной литературы.

— Например?..

— А вот не скажу :-) Хотя мои пристрастия очевидны, я как-то написала об этом большой материал в газету «Книжное обозрение».

— И если уж мы зацепили эту тему, то ответьте еще вот на какой вопрос: по вашему мнению, каково будущее у постсоветской фантастики? Следует нам ожидать в ближайшие годы таких же ярких, неожиданных дебютов, какие случились в середине девяностых? Или же издатель и рынок нынче бескомпромиссно диктуют авторам свою волю — и нет шанса на что-нибудь, помимо шаблонных городской фэнтези да фантастического боевика?

— Я вовсе не эксперт в этой области, более того, так называемая советская фантастика у меня ничего, кроме ужаса, не вызывает. Стругацких еще читать могу, а от прочего увольте. Однако неожиданные дебюты, безусловно, будут. Но именно что неожиданные. Если в девяностые и позднее очень ярко проявила себя харьковская (и шире украинская) команда, то на исходе первого десятилетия русская литература будет прирастать провинцией, и, возможно, эмиграцией последнего поколения. Вот, к примеру, Алексей Иванов. Вряд ли писатель его дарования возможен в суетных столицах: настоящая проза требует мысли, сосредоточенной душевной работы, стилистической точности и ясности.

Питерцы и москвичи живут окруженные со всех сторон пожирателями времени, и только сознательный отказ от суеты или внезапная «болдинская осень», то есть вынужденный карантин, могут стать причиной новых неожиданных книг. В противном случае неоткуда им взяться — в безмысленном (sic!) пространстве возникают только поточные книги.

Я не уверена также, что только издатель виноват в перенаполнении книжного рынка форматными романами. Видите ли, писательская судьба — это выбор. Можно петь под фонограмму и писать форматные романы, а можно петь только вживую и годами ожидать публикации. Но именно выношенные, выстраданные книги становятся новыми неожиданными событиями, только они. Хотя пути Господни неисповедимы, и всякое может приключиться в нашей жизни.

— Скажите, как вам работается с составительницей антологий «Новые легенды», Машей Звездецкой? Говорят, у нее непростой характер...

— Маша Звездецкая самозародилась в недрах сети Интернет как штатный критик Ордусской борды (сетевой страницы Хольма ван Зайчика). Можно сказать, что она вполне взрослая барышня: ей уже 5 лет. Чувствует она себя в моем организме совершенно превосходно — иногда я ощущаю, что во мне живут два разных человека, которые волей судеб делят одно физическое тело. На книжной ярмарке интеллектуальной книги «non/fiction»-2003, где в первый день Ольге Трофимовой вручали диплом «Человек научного книгоиздания», во второй день та же особа давала пресс-конференцию о новых романах Хольма ван Зайчика уже как критик Маша Звездецкая. И если кого и смущало это обстоятельство, то явно не меня.

Ольга Трофимова организует издательский процесс в области научного книгоиздания. Маша Звездецкая читает современную прозу и пишет довольно ехидные критические статьи и обзоры. Но поскольку она тоже особа деятельная, то периодически прикладывает руку и к художественной литературе.

— Как вообще появилась идея создания «Новых легенд»? Уже несколько лет подряд российские издательства выпускают разновсякие сборники фантастики. Чем «Новые легенды» принципиально от них отличаются (если, конечно, отличаются)?

— Нынешнее время вернуло читателю рассказ. Стало выходить много самых различных сборников: авторских, тематических, корпоративных. Что их различает?

Я думаю, что прежде всего фигура составителя.

Как известно, к составлению сборников можно подходить по-разному.

Можно представить читателю годичный срез новинок фантастики (сборники АСТ и ЭКСМО), включив в книгу как именитых, так и новоначальных авторов. Эти сборники — своего рода издательский мэйнстрим, отражающий текущее состояние литературных дел.

Здесь составителем выступает издательский редактор, хорошо представляющий себе ситуацию на книжном рынке.

Как сопутствующие можно рассматривать тематические сборники: про пиво, про умный дом будущего, про котов и т. д. Эти сборники довольно непредсказуемы, потому что составитель поставлен в очень узкие рамки — от сих до сих, и отнюдь не всегда удается найти необходимое количество тематических рассказов. В итоге сборник может получиться хорошим и неожиданным — если тема волнует многих писателей, а может выйти жалким и горестным — если составителю пришлось брать, что дают, потому что тема вдохновляет не слишком. Но чаще всего получается нечто среднее, и качественные тексты (старые и новые) перемежаются текстами так себе.

И, наконец, есть издательские маргиналии — случайные, пробные сборники. Это сборник «Стирателей» в «Альфа-книге» или грелочные сборники в «АСТ». Качество таких книг, как правило, крайне невысоко. И что в них делал составитель, как правило, решительно непонятно.

«Новые легенды-1» еще не слишком отличались от издательского мэйнстрима, зато «Новые легенды-2» отличаются заметно, и в лучшую сторону. Я надеюсь, что это почти образцовая антология мистических и фантастических историй.

— Каков принцип формирования «Новых легенд»: как выдерживается баланс между авторами известными, не очень известными и совсем не известными? Есть ли, скажем, шансы у рассказа Иван Иваныча Иванова, автора талантливого, но малоизвестного, попасть в такую антологию?

— Я собирала «Новые легенды-2» ровно 9 месяцев. Симптоматично? :-) Сети забрасывала широко, приглашала самых разных людей, в том числе и талантливых начинающих. Правда, с одним условием: без обид, если текст мне не понравится. У составителя есть мировоззренческая и литературная позиция, и в собирании книги его ведет то же самое невнятное творческое чутье, которое знакомо каждому писателю.

Мне хотелось представить фантастическую прозу как серьезную и качественную литературу, к тому же эстетически состоятельную. При этом книга задумывалась как несомненно интересное чтение.

Вот между какими Сциллой и Харибдой я бродила почти целый год.

—- А как вы оцениваете ситуацию с фантастическим рассказом в целом? Он-то вернулся к читателю, но если раньше авторы стонали, дескать, негде рассказы публиковать, то теперь стонет читатель. Потому что появилось много (может, даже слишком много) площадок, на которых можно заявиться с тем или иным текстом, — и авторы строчат рассказы «на коленке», не слишком заботясь о качестве текстов. И, выходит, что сборники рассказов, по которым люди действительно изголодались/соскучились, с каждым годом теряют свой авторитет. Согласны ли вы, что среднее качество публикуемых рассказов падает? И достаточно ли в этой ситуации просто выпустить очередной, пусть даже очень качественный сборник? Или нужно еще и заниматься его продвижением на рынок? Способны ли российские издательства и готовы ли делать такие шаги (ведь это требует финансовых вложений)?

Когда вышел первый «грелочный» сборник («Рваная грелка» — сетевой конкурс фантастического рассказа), я обомлела. Мне казалось, что ниже падать некуда. Однако последующий «стирательский» сборник показал, что я ошибалась: бездна не имеет дна :-). Сейчас составлять книги рассказов готовы все кому ни лень: и молодые талантливые авторы, и книготорговцы-лоточники, и люди со стороны. Я начала было писать: «С одной стороны, это хорошо…» — и поняла, что не могу закончить фразу, потому что это ни с какой стороны не хорошо. Наводнит книжный рынок халтура, пропадет читательский интерес, и опять издатели будут брать сборники в работу неохотно.

Есть ли выход? Безусловно. Печатать сборники лучшего, печатать тематические сборники, печатать ежегодники — то есть продолжать обычную издательскую работу, чураясь дилетантов и непрофессионалов.

А продвигать нужно не столько сборники, сколько рассказчиков. Впрочем, хорошие рассказчики всегда были востребованы и будут востребованы, такова уникальная природа жанра.

— Вот кстати про «молодого талантливого автора». Это ведь уже стало термином — МТА, причем термином с негативным оттенком. И говорят, что выдумали его на форуме «Клуба харизматиков», члены которого в основном и составили ядро первых «Новых легенд». Так что уж расскажите подробней, во-первых, про происхождение этого термина, и, во-вторых — про сам «Клуб». Насколько правомерно сравнивать его с другими литературными объединениями фантастов: «Бастионом», «Стирателями» и т. п.? И не являются ли «Новые легенды» еще одним «клубным» сборником, сопоставимым со «стирательскими» и с выпусками «Сакральной фантастики»?

— Было так. Сидели мы с Василием Мидяниным в чате «Харизма», вдруг вламывается туда некий «стиратель» и объявляет на всю сеть: «Я молодой талантливый автор такой-то». Стало любопытно, что за тексты пишет наш герой. Долго после этого не стихал веселый шум в чате :-). МТА — это специальный формат молодого автора, который считает себя талантливым, но таковым вовсе не является.

Что же до «Клуба русских харизматических писателей» (http://harizma.pvost.org), то это уникальное человеческое и писательское сообщество, объединенное высокими дружествами и сходными воззрениями на эстетику. Два эти фактора, как никакие иные, способствуют образованию литературной группировки. Что же до «Бастиона», то в его устроении присутствует политическая компонента, что мешает считать его собственно литературным объединением. Ну а о «Стирателях» и вовсе говорить нечего, это вариант подросткового клуба по интересам.

«Новые легенды» не были клубным сборником ни в первом выпуске (Мария Семенова, Хольм ван Зайчик, Леонид Каганов в харизматиках не замечены), ни тем более во втором, состав которого меня саму удивляет разносторонностью тем и авторов. Но в обоих случаях имела место попытка общей эстетики.

— В чем же эта эстетика выражается, какова она?

— В обезбоженном веке только эстетика может стать новой этикой, которая позволит человечеству не только выжить и пережить, но и остаться живу. Эстетика — как стремление к совершенству. Подробнее здесь: Манифест гребаных эстетов (Реконкиста. Новая почва / Сборник эссе. М.: «Мануфактура, 2005).

— Насколько я знаю, вторые «Новые легенды» стартуют уже как отдельный проект — со своим серийным оформлением и проч. Почему?

— Русская мистическая проза — в самом широком понимании мистики — очень востребованный жанр. Она многим интересна — и писателям, и читателям. Поэтому стоит попробовать запустить линейку образцовых сборников как отдельный проект, чтобы акцентировать писательскую деятельность в данной области.

Сборник напоминает здание — в нем должны быть несущие конструкции; он также сходен с телом человеческим — в коем должен быть костяк, что удерживает мышцы. То есть в сборнике должны быть рассказы скелетные и рассказы мясные.

Когда я говорю «образцовый» сборник, я вовсе не претендую на безупречность каждого текста. Я говорю, скоре, об эстетическом усилии, так или иначе присутствующем в каждом тексте сборника, где есть рассказы и повести превосходные, есть хорошие, есть недурные. Нет только — плохих.

Что-то понравится одной группе читателей, что-то другой — необходима известная разновкусица. Именно известная, речь вовсе не идет об эстетическом беспределе, но напротив — об определенной мировоззренческой и литературной позиции, которую лучше всего отражают слова Р. Браунинга: «A man's reach should exceed his grasp, or else what's Heaven for?»

— Но кроме разновкусицы и эстетического стержня есть ведь еще «настроение сборника». Первая антология показалась мне достаточно мрачной: большинство опубликованных в ней мистических историй заканчивались, мягко говоря, не радостно. Что это — дух времени, свойство мистических историй вообще? И каково, на ваш взгляд, настроение второй антологии?

— Я думаю, что это дух самой мистики. Если слишком долго глядеть в бездну, однажды она посмотрит на тебя. Так уж устроена жизнь, что удивительные истории часто заканчиваются скверно. Вот идете вы по жизни, а за правым плечом у вас — ангел, который всякое ваше деяние видит и памятует, а за левым — бес (не зря плюем через левое плечо, но чтобы беса отогнать!) неусыпно за вами наблюдает и всяко вас пытается увлечь с пути прямого на путь лукавый — речами прелестными, прельстительными. Чуть послушал беса, и — пропал.

А в обезбоженном мире и без всякого беса пропасть легче простого.

Сел, к примеру человек в лифт. И не доехал до своего этажа. И вообще никуда не доехал. Пошел в парк с ребенком — и не вернулся.

Самая обычная прогулка заканчивается непереносимым ужасом, а заурядный городской лифт становится смертельной ловушкой.

Опять же, вы выходите выносить мусор, а у дверей сидит кот. И никто никогда не скажет наверняка, кто в его теле пришел на ваш порог.

Обыкновенная кошка может оказаться зловредным оборотнем, а в купленное по случаю деревце бонсай может вселиться душа великого самурая.

Редкий английский чай способен переменить мировую историю, а для уничтожения мира оказывается достаточным довериться первому встречному незнакомцу.

В загадочной республике Карастан обживают ад на земле, и ежедневно Хароны современного мира подвозят новые и новые партии бестелых душ к транспортным терминалам.

А на московских улицах посвященные видели единорога — и это обнадеживает, но те же самые московские улицы в одночасье заполняются инфернальными созданиями — и тут надежду следует оставить при входе.

Это я вам вкратце рассказала про сборник «Новые легенды-2» :-) Мрачный ли он? Не думаю, что мрачнее жизни. Однако есть в нем, как и в жизни, светлые рассказы. Есть и истории, в которых все заканчивается хорошо.

— Расскажите хотя бы вкратце о том, когда ожидать вторую антологию и какие авторы туда вошли?

— Ожидать — в конце ноября, к очередной ярмарке «non/fiction». Книжка получилась увесистая, почти сорок авторских листов, причем все это первопубликации, написанные специально для антологии.1 Три новых повести — от Алана Кубатиева, Василия Мидянина и Михаила Харитонова. Два десятка рассказов — от Игоря Алимова. Юрия Бурносова, Вадима Панова, Михаила Кликина, Никиты Красникова, Марии Галиной, Ильи Новака, Алексея Андреева, Кирилла Бенедиктова, Александра Зорича, Владимира Березина, Сергея Булыги, Сергея Волкова, Александра Сивинских. Есть новички — Николай Караев и Сергей Легеза.

А еще там есть очаровательный цикл рассказов, написанный Владимиром Ареневым — «Королевская библиотека: свитки сочинителей».

Вот давайте теперь я вас спрошу, Володя, как вам работалось с составителем Машей Звездецкой?

— Вообще-то, это запрещенный прием! «Вопросы здесь задаю я!» — и т.д. Но раз уж спросили, так я честно отвечу: хорошо работалось! Для меня хороший редактор не тот, который просто подчищает за автором все его «сопли», а тот, который указывает на системные ошибки и предлагает разные варианты их решения. В конце концов, как ни пафосно это прозвучит, общая задача автора и редактора — сделать максимально качественный текст, который сохранит все, что хотел сказать писатель, но будет при этом понятен не только ему одному. В этом смысле работа и над «Паломничеством жонглера», и над «Свитками сочинителей» из «Королевской библиотеки» меня многому научила. И это не просто дежурные комплименты, это на самом деле так.

— А говорят, я чистый зверь :-) Мне на днях сказали, что появилось и успешно действует Общество нелюбителей Маши Звездецкой. Воистину, полон мир чудес! :-)

— Не без того. Интересно, как реагировали на ваши редакторские замечания другие авторы? Это же, наверное, чертовски сложно: найти общий язык с двумя десятками писателей, очень разных и по стилю, и по характеру?

Общий язык найти как раз просто, труднее войти в стилистическую манеру автора. А когда войдешь, правки появляются сами собой: все мы существуем в одном и том же пространстве русского языка :-). Могу сказать только, что очень мало правок у авторов, воспитанных на пишущих машинках, советских редакторах и творческих семинарах далекой уже советской поры. Править Кубатиева и Бачило — не нужно, разве что словцо какое случайно не на место стало. Не имеет смысла править тех стилистов, что и без редактора страдают перфекционизмом. Так пишет Владимир Березин. Зато с другими стилистами работать, наоборот, интересно: и они пребывают в поиске, и их редактор. В данном случае я говорю об Игоре Алимове и Юрии Бурносове. Бывают случаи и совершенно бешеной правки, но я иду на это, если рассказ того стоит.

Я хочу найти индивидуальные стилистические особенности каждого автора и хочу их сделать очевидными и для других. А еще мне нравится открывать новые имена :-).

— И напоследок — ваши пожелания читателям журнала «Реальность фантастики».

— Меньше нехороших чудес, больше радости в жизни! :-)

Беседовал Владимир Пузий (иногда, по произволу интервьюируемой, превращаясь во Владимира Аренева)

1Кстати, читатели «РФ» имели возможность еще до выхода антологии познакомиться с двумя произведениями, написанными специально для «НЛ-2». В августовском номере была опубликована одна из миниатюр В.Аренева, «Губительная страсть», а в нынешнем — рассказ А.Зорича «У солдата есть невеста». (редакция «РФ»)



   
Свежий номер
    №2(42) Февраль 2007
Февраль 2007


   
Персоналии
   

•  Ираклий Вахтангишвили

•  Геннадий Прашкевич

•  Наталья Осояну

•  Виктор Ночкин

•  Андрей Белоглазов

•  Юлия Сиромолот

•  Игорь Масленков

•  Александр Дусман

•  Нина Чешко

•  Юрий Гордиенко

•  Сергей Челяев

•  Ляля Ангельчегова

•  Ина Голдин

•  Ю. Лебедев

•  Антон Первушин

•  Михаил Назаренко

•  Олексій Демченко

•  Владимир Пузий

•  Роман Арбитман

•  Ірина Віртосу

•  Мария Галина

•  Лев Гурский

•  Сергей Митяев


   
Архив номеров
   

•  №2(42) Февраль 2007

•  №1(41) Январь 2007

•  №12(40) Декабрь 2006

•  №11(39) Ноябрь 2006

•  №10(38) Октябрь 2006

•  №9(37) Сентябрь 2006

•  №8(36) Август 2006

•  №7(35) Июль 2006

•  №6(34) Июнь 2006

•  №5(33) Май 2006

•  №4(32) Апрель 2006

•  №3(31) Март 2006

•  №2(30) Февраль 2006

•  №1(29) Январь 2006

•  №12(28) Декабрь 2005

•  №11(27) Ноябрь 2005

•  №10(26) Октябрь 2005

•  №9(25) Сентябрь 2005

•  №8(24) Август 2005

•  №7(23) Июль 2005

•  №6(22) Июнь 2005

•  №5(21) Май 2005

•  №4(20) Апрель 2005

•  №3(19) Март 2005

•  №2(18) Февраль 2005

•  №1(17) Январь 2005

•  №12(16) Декабрь 2004

•  №11(15) Ноябрь 2004

•  №10(14) Октябрь 2004

•  №9(13) Сентябрь 2004

•  №8(12) Август 2004

•  №7(11) Июль 2004

•  №6(10) Июнь 2004

•  №5(9) Май 2004

•  №4(8) Апрель 2004

•  №3(7) Март 2004

•  №2(6) Февраль 2004

•  №1(5) Январь 2004

•  №4(4) Декабрь 2003

•  №3(3) Ноябрь 2003

•  №2(2) Октябрь 2003

•  №1(1) Август-Сентябрь 2003


   
Архив галереи
   

•   Февраль 2007

•   Январь 2007

•   Декабрь 2006

•   Ноябрь 2006

•   Октябрь 2006

•   Сентябрь 2006

•   Август 2006

•   Июль 2006

•   Июнь 2006

•   Май 2006

•   Апрель 2006

•   Март 2006

•   Февраль 2006

•   Январь 2006

•   Декабрь 2005

•   Ноябрь 2005

•   Октябрь 2005

•   Сентябрь 2005

•   Август 2005

•   Июль 2005

•   Июнь 2005

•   Май 2005

•   Евгений Деревянко. Апрель 2005

•   Март 2005

•   Февраль 2005

•   Январь 2005

•   Декабрь 2004

•   Ноябрь 2004

•   Людмила Одинцова. Октябрь 2004

•   Федор Сергеев. Сентябрь 2004

•   Август 2004

•   Матвей Вайсберг. Июль 2004

•   Июнь 2004

•   Май 2004

•   Ольга Соловьева. Апрель 2004

•   Март 2004

•   Игорь Прокофьев. Февраль 2004

•   Ирина Елисеева. Январь 2004

•   Иван Цюпка. Декабрь 2003

•   Сергей Шулыма. Ноябрь 2003

•   Игорь Елисеев. Октябрь 2003

•   Наталья Деревянко. Август-Сентябрь 2003