№8(24)
Август 2005


 
Свежий номер
Архив номеров
Персоналии
Галерея
Мастер-класс
Контакты
 




  
 
РЕАЛЬНОСТЬ ФАНТАСТИКИ

КИЛЬДА

Михаил Бубякин


«А на двадцать первый год после войны, в июне, выпал снег и лежит долго. Снова рыба придет лишь по теплу, а опоршики* (*рыбаки (русск.)) — не раньше конца лета».

Антипов закрыл книгу с названием «Ведомости» и отложил на этажерку. Надел колпачок на ручку и спрятал ее в пенал, потом прикрутил лампу. «Эхе-хе, — думал он, — дела государственные…» В окно едва сочился утренний свет. Начинался день. В доме еще спали. Покрякивая, одевался: штаны, рубаха, свитер. Носки протерлись на пятке. Полез за другими шарить в шкафу. Разбудил Наталью.

— Ты чего? — Сонное, мятое лицо дохнуло теплом и желаньем.

— Так… гм… гм… — соображал, нырнуть ли под мягкий бок?

— Внизу, под трусами, — догадалась она, поворачиваясь к стене.

Вышел в сени. Как у хорошего хозяина, дверь даже не скрипнула. Подумал мгновение, что надеть? Сапоги или валенки? Надел яловые. Вышел на свежий воздух. От коровника тянуло навозом и прелой соломой. Ночью снег падал хлопьями, теперь стал влажным и тяжелым. «Это хорошо…», — думал он, привычно орудуя широкой фанерной лопатой. Слегка прошелся вдоль ящика с углем, проложил дорожку к сараю, где хранился запас поленьев, вернулся, одним махом очистил крыльцо и убрал снег с дорожки до ворот. Пора было топить печи.

По небу плыли тучи — тяжелые, низкие. Залив в низине прятался за пеленой тумана. Крыши чернели — сырые, набухшие, так и не высохшие после слякотной весны.

Антипов постоял, опершись на лопату. Кто-то протопал не по улице, а ниже, между домами.

Должно быть, Васька-пекарь, спешил на пристань за утренней мойвой. Отбросил желание присоединиться. Дел полон рот.

Вернулся в дом и прошел на детскую половину.

— Юрка, Семен! Подъем!

Сыновья спали на армейских койках. Заканючили, протирая глаза:

— Спать охота, батя…

— Пора скотину кормить.

Больше он их не увидит. Даже на завтрак не явятся. Убежали по своим делам. Выпросили у матери по куску хлеба. Каникулы. Школа на замке.

— Не забудь воды наносить, — сказала Наталья, убирая посуду, — стирать буду...

В ворота забарабанили. Явился староста, Сашка Меньшов.

— Заходи, гостем будешь, — пригласил в горницу.

— Дык а-а-а…

Топтался у порога, выкатив бесцветные глаза.

«Видать, с перепою», — решил Антипов.

— Опохмелишься?

— Дык… с удовольствием, но не могу! Посланник прибывает…

— Так бы сразу и сказал.

Усердие у Меньшова всегда просыпалось вместе с чувством вины.

— Дык… я того… — оправдывался он.

В горницу вкатился младший, Семен.

— Батя, батя! Перевоз! Перевоз!

— Знаем, знаем. Александр Данилыч уже донес. Запряги Гришку в новую пролетку.

— Ура!!! — Семен все понял.

Сам вышел в другую комнату переодеться в новую черную пару, белую рубашку и галстук. Под шкафом нашарил ботинки с квадратными носками. С сомнением покрутил и стал втискивать в них ноги. Под конец надел непривычно узкое пальто. Долго решал и выбрал поновее — серую кепку.

Через десять минут они вместе с Семеном и Меньшовым, от которого приятно пахло водкой и огурцом, тряслись по каменистой дороге вначале по центральной улице, потом уже по совершенно непроезжей части деревни вокруг болота, и наконец, открылся залив и причал, к которому уже подходил «Пророк Мухаммед». Дым валил из черно-зеленой трубы. Архипов еще помнил времена, когда пароход носил гордое название «Илья Репин».

Обычно на официальные встречи сыновей не брал, а здесь решил: пусть хоть один из них посмотрит на пароход — цивилизация все ж таки.

Свято соблюдая церемониал, посланник-татарин выехал на белом коне. Конь нервничал, бил копытом о настил причала.

Торжественно заговорил:

— Велено тебе явиться к Наместнику немедля!

«Чего это он?» — удивился Антипов. Татарин-посланник был его хорошим знакомым. Не далее, как месяц назад они пили у него дома сивуху, и после каждой чарки Посланник приговаривал: «Аллах о сивухе ничего не знал, значит, можно…» и закусывал холодцом, накануне сваренным Натальей.

Ничего более не добавив, Посланник как был на коне, развернулся и въехал назад на пароход.

Стоящий поодаль Васька-пекарь, исполняющий обязанности караульного, сняв шапку, подал голос:

— Слышали, чего сказал?..

— Да слышал… — Антипов почесал затылок. Кепка едва не упала на сырой причал. — Придется ехать.

Посланник нетерпеливо расхаживал по палубе. Пароход дал гудок. Капитан-немец отсалютовал рукой. Жест мог обозначать все что угодно — не только приветствие, но и желание предостеречь — сам был подневольным. «Эх… была, не была!..» — решил Антипов.

— Семен! Поедешь со мной, большой город покажу. А ты, Данилыч… — Антипов отдавал распоряжения, пока сын в полосатой караулке менялся верхней одеждой с Васькой-пекарем (в своей повседневной ехать было срамотно), — остаешься за старшего. Смотри, если что!..

— Я их всех построю! — заверил его староста. — Они у меня… ты ж знаешь…

«Знаю, знаю, — подумал Антипов, ступая на сходни, — других нет», — имея ввиду, что Александр Данилович был скор на расправу и малость нечист на руку, и на него часто жаловались. Да мужиков осталось — кот наплакал. Вот разве что сыновья поднимутся. Для этого и строил такие дальновидные планы и решился, несмотря на хмурого Посланника и странное поведение капитана, взять сына с собой. Ближайшая столица, как никак.

Место им отвели в каюте второго помощника. Бросив сыну:

— Поменьше крутись на палубе, — пошел на разведку к Посланнику. Но тот ничего не знал. Даже первача не отведал. Сидел в собольей шубе, как бурундук, жевал кончики усов да позевывал. «Война, что ли?» — гадал Антипов и пошел к немцу. Тот степенно опрокинул две стопки и сообщил, что ничего решительно нового в соседнем государстве не произошло, разве что телевидение и радио вводят, но только по два часа в сутки, и на арабском. Антипов вовсе расстроился. И на кой ляд нам арабский? Ни о чем плохом думать не хотелось. Вдруг молнией сверкнула мысль: «Зря Семена взял! Зря! Если под горячую руку попаду, то и ему несдобровать». Но было поздно. От острова их отделяла темная вода. Полосатая будка под вяло шевелящимся триколором одиноко торчала на причале. Антипов стоял, опершись на поручни и поставив ногу в клюз, — основательно качало. От носа вдоль бортов бежали светлые струи. Пахло рыбой, смолеными канатами и морем. Так ничего и не решив, пошел спать. Семен валялся в лежку. Стыдясь показать отцу слабость, молча страдал от морской болезни, отвернувшись к стене.

Мурман-сарай встретил их холодным мелким дождем. Посланник-татарин, не попрощавшись, отбыл на «мерседесе». Коня под уздцы увели слуги. Капитан-немец махнул на прощанье рукой — завтра ему в Гамбург-кале идти.

Они обошли морской вокзал и ступили на железнодорожный мост.

— Вот это, сынок, и есть железная дорога, — показал Антипов.

— Где-где?..

— Видишь, рельсы, а по ним состав с паровозом бегает.

— Здорово! — воскликнул сын.

«Дурак я, дурак, — тоскливо думал Антипов, — чем хвастаюсь?!»

Пройдя мост, попали на привокзальную площадь. Сам вокзал, выкрашенный в темно-зеленой цвет, остался за спиной. На его шпиле красовался облупившийся полумесяц.

Семен удивленно крутил головой:

— А это что? А это?

— Это такой туалет, чтобы по нужде сходить, надо спуститься под землю, — пояснил он сыну.

— Чудно, — удивлялся Семен.

— А это многоэтажный дом…

— Читал я о них… — вздохнул сын. — Скучно, поди, в них жить.

«Твоя правда», — молча согласился Антипов.

— Вот если бы блесен купить?

Антипов знал, что сын давно мечтает о спиннинге, но просить не решался. Не то чтобы он держал сыновей в ежовых рукавицах, просто не баловал.

— За блеснами мы с тобой потом сходим, а вначале я тебя мороженым угощу.

И повел его на площадь Пяти углов, переименованную в площадь Чингиз-хана. В кафе Семена больше всего удивило полотенце-сушилка, которое включалось от сенсорного датчика. Из-за этого он руки три раза вымыл и высушил. Сел рядом — молодой, с открытым, приятным лицом.

«Трудно ему будет жить… — неожиданно для себя с жалостью подумал Антипов, — трудно...»

Сыну он взял три пирожных, три порции шоколадного мороженого и два чая. Сам повздыхал, глядя на «беленькую», но не решился — на завтра у него была назначена аудиенция, и потому ограничился пивом и сухой рыбешкой. На них никто не обращал внимания. Кафе постепенно заполнялось местными татарами, женщинами в чадорах, а в центре зала сидели два араба в «кифу» — широких, свободных одеждах — торговцы пряностями и шелком.

После он повел сына в магазин за блеснами. Набрали десятка два — начиная с мормышек для зимнего лова и кончая большими «ложками», на которые хорошо шла пикша и треска. Себе же присмотрел пятизарядный карабин. Повздыхал у прилавка и решил вначале испросить разрешения у Натальи. Побродили они еще по центру, залезли на сопку, чтобы лучше разглядеть телевизионную вышку, и сын сомлел окончательно — стал зевать, и они отправились в гостиницу.

Спать их определили в большую комнату, где обретались еще человек двенадцать то ли командировочных, то ли просто заезжих. В коридоре была душевая, и Антипов не преминул ею воспользоваться. Взял у горничной мыло, полотенце и с час блаженствовал под горячей водой, а когда вернулся, сын уже видел третий сон, прижимая к груди сверток с блеснами.

На утро он отправился в мэрию с тяжелым сердцем. Приняли сразу. Последний раз они виделись с Наместником лет пять назад. С тех пор много воды утекло, изменилось отношение и к малым странам.

Дело оказалось сущим пустяком. Вводилось всеобщее и полное образование. У него отлегло от сердца.

— Что вас смущает? — спросил Наместник.

— Не принято у нас так, — ответил он, — надо с народом посоветоваться…

Наместник поморщился:

— Вы царь или не царь?!

— Царь! — признался он.

— Так в чем дело?! — И сунул ему под нос договор.

«А… была не была», — решился он.

Подписал под словом «Ознакомился»: Царь. Петр Васильевич. Подумал и добавил. Всея Руси. Год 2503 от рождества Христова.

Наместник забрал бумаги, не глядя, сунул в стол и повел в трапезную. Там среди бархатных подушек, скамей, укрытых коврами, искусственных фонтанов и диковиных дерев с райскими птицами был накрыт новомодных шведский стол, стояли два малых кубка с медовухой.

— Выпьем за дружбу! — провозгласил Наместник. — Быть ей вечной и нерушимой!

Антипов чуть не сказал: «Спасибо». Но свою порцию осушил махом. Повел плечами и приналег на закуску. Прикрывшись бархатной тряпочкой, Наместник тоже выпил. Долго вытирал вислые усы. Беседа приняла светский характер.

— Построим интернаты... Бассейны с теплой водой… Присылайте ваших отроков учиться… дадим хорошее европейское образование...

— С народом надо посоветоваться… — степенно отвечал Антипов.

— Верно-верно… — соглашался Наместник, — советуйтесь. Я вам больше скажу… малые народы будут получать субсидии, мы ведь не варвары, мы толк в демократии понимаем…

«Так кто ж против», — с облегчением думал Антипов.

####

Поздно вечером того же дня вконец уставшие и продрогшие Антиповы дождались почтового катера. А когда вдали под незаходящем солнцем появился темный берег Кильды и они увидали огоньки деревни, а потом услышали пустынный и горький лай собак, оба испытали трепетное чувство, которой испытывают люди, возвращающиеся на родную землю.



   
Свежий номер
    №2(42) Февраль 2007
Февраль 2007


   
Персоналии
   

•  Ираклий Вахтангишвили

•  Геннадий Прашкевич

•  Наталья Осояну

•  Виктор Ночкин

•  Андрей Белоглазов

•  Юлия Сиромолот

•  Игорь Масленков

•  Александр Дусман

•  Нина Чешко

•  Юрий Гордиенко

•  Сергей Челяев

•  Ляля Ангельчегова

•  Ина Голдин

•  Ю. Лебедев

•  Антон Первушин

•  Михаил Назаренко

•  Олексій Демченко

•  Владимир Пузий

•  Роман Арбитман

•  Ірина Віртосу

•  Мария Галина

•  Лев Гурский

•  Сергей Митяев


   
Архив номеров
   

•  №2(42) Февраль 2007

•  №1(41) Январь 2007

•  №12(40) Декабрь 2006

•  №11(39) Ноябрь 2006

•  №10(38) Октябрь 2006

•  №9(37) Сентябрь 2006

•  №8(36) Август 2006

•  №7(35) Июль 2006

•  №6(34) Июнь 2006

•  №5(33) Май 2006

•  №4(32) Апрель 2006

•  №3(31) Март 2006

•  №2(30) Февраль 2006

•  №1(29) Январь 2006

•  №12(28) Декабрь 2005

•  №11(27) Ноябрь 2005

•  №10(26) Октябрь 2005

•  №9(25) Сентябрь 2005

•  №8(24) Август 2005

•  №7(23) Июль 2005

•  №6(22) Июнь 2005

•  №5(21) Май 2005

•  №4(20) Апрель 2005

•  №3(19) Март 2005

•  №2(18) Февраль 2005

•  №1(17) Январь 2005

•  №12(16) Декабрь 2004

•  №11(15) Ноябрь 2004

•  №10(14) Октябрь 2004

•  №9(13) Сентябрь 2004

•  №8(12) Август 2004

•  №7(11) Июль 2004

•  №6(10) Июнь 2004

•  №5(9) Май 2004

•  №4(8) Апрель 2004

•  №3(7) Март 2004

•  №2(6) Февраль 2004

•  №1(5) Январь 2004

•  №4(4) Декабрь 2003

•  №3(3) Ноябрь 2003

•  №2(2) Октябрь 2003

•  №1(1) Август-Сентябрь 2003


   
Архив галереи
   

•   Февраль 2007

•   Январь 2007

•   Декабрь 2006

•   Ноябрь 2006

•   Октябрь 2006

•   Сентябрь 2006

•   Август 2006

•   Июль 2006

•   Июнь 2006

•   Май 2006

•   Апрель 2006

•   Март 2006

•   Февраль 2006

•   Январь 2006

•   Декабрь 2005

•   Ноябрь 2005

•   Октябрь 2005

•   Сентябрь 2005

•   Август 2005

•   Июль 2005

•   Июнь 2005

•   Май 2005

•   Евгений Деревянко. Апрель 2005

•   Март 2005

•   Февраль 2005

•   Январь 2005

•   Декабрь 2004

•   Ноябрь 2004

•   Людмила Одинцова. Октябрь 2004

•   Федор Сергеев. Сентябрь 2004

•   Август 2004

•   Матвей Вайсберг. Июль 2004

•   Июнь 2004

•   Май 2004

•   Ольга Соловьева. Апрель 2004

•   Март 2004

•   Игорь Прокофьев. Февраль 2004

•   Ирина Елисеева. Январь 2004

•   Иван Цюпка. Декабрь 2003

•   Сергей Шулыма. Ноябрь 2003

•   Игорь Елисеев. Октябрь 2003

•   Наталья Деревянко. Август-Сентябрь 2003