№8(12)
Август 2004


 
Свежий номер
Архив номеров
Персоналии
Галерея
Мастер-класс
Контакты
 




  
 
РЕАЛЬНОСТЬ ФАНТАСТИКИ

КРИТИКА КРИТИКИ


Этой публикацией мы продолжаем цикл статей/докладов, начатых в майском («Фантастика: между притягательной силой жанра и неодолимой харизмой метода») и июньском («Украинская фантастика: побег из памперсов!») номерах «РФ»-ки. Цикл этот посвящен проблемам современной отечественной фантастики; в нем мы попытаемся проанализировать ее нынешнее состояние, тенденции развития и т.д. Речь будет идти не только о самих текстах, но и об их оформлении, позиционировании, о том, как и почему именно так фантастику воспринимает читатель-нефэн... — словом, о том, что одинаково актуально и для авторов, и для издателей, и для читателей. И сегодня тема нашего разговора — рецензирование фантастики.

Странные дела творятся в нашей литературе.

Вот например — все знают: чтобы стать хорошим писателем, нужно этому учиться. Не обязательно заканчивать литинститут, однако работать над собой, над своими текстами — необходимо.

А для того, чтобы рецензировать литературу вообще и фантастику в частности? Кажется, большинство современных Белинских считает, что уж критиковать-то куда как проще, нежели писать; между тем, читая иную рецензию, мы сможем восхититься изысками рецензентова стиля, постичь все «вершины глубин» его эрудиции, узнать много интересного о его биографии, — но о книге, о книге рецензируемой не найдем ни байта полезной информации!

Молодые (и не очень) критики все чаще уподобляются стриптезеру, для которого рассматриваемая книга — лишь шест: он, шест, помогает критику-стриптизеру ярче продемонстрировать себя, однако сам, без танцора, значения не имеет. Привлекать внимание эпатажем — тоже искусство, однако в этом случае критик превращается из аналитика в шоумена, он работает на себя, а о литературе, писателях и, тем более, читателях забывает. Все эти три составляющие растворены где-то там, в зыбкой тьме зрительного зала, а критик танцует, извивается... ему не до них.

Но хватит сравнений и лирики. Давайте попробуем сформулировать, каким должен быть идеальный критик. Давайте попытаемся понять, чего ждет от критики читатель, чего — автор.

Зачем она вообще нужна — критика?

И — кому?

(Уточним — здесь и далее под термином «критика» мы понимаем отнюдь не разгромные журналистские материалы, но вообще любую аналитическую информацию о книгах, в нашем случае — о книгах фантастических. Она отличается от простой заметки («В изд-ве Таком-то вышла книга Имярека о злобных принцессах и добрых вампирах») тем, что не просто сообщает о факте, но дает этому факту некую оценку, негативную или позитивную. Заметка нейтральна, критика же всегда содержит оценочное суждение, со знаком «плюс» либо «минус»).

Первый и главный потребитель такой критики — отнюдь не автор, а именно читатель периодического издания, в котором она напечатана. Читатель — тот, кто «заказывает музыку», — и чего же он при этом хочет? Разумеется, более-менее объективной информации о книгах. При нынешних темпах книгоиздания в России выходит до двух десятков книг еженедельно — и даже если отбросить переиздания, количество это явно превышает и финансовые, и «читабельные» возможности рядового потребителя фантастики. Причем уточним: по возрасту, художественному вкусу и т.д. эти потребители между собой весьма отличаются; поэтому правильнее говорить о нескольких целевых аудиториях, которые покупают ту или иную фантастику.

Отсюда — необходимость учитывать «мишень» — потенциального читателя — при написании рецензии. Вот она — первая и, пожалуй, важнейшая составляющая успеха критического «выстрела»: точно знать, куда «стреляешь». Какому читателю будет интересна книга серии «Фантастический боевик», какому — «Альтернатива. Фантастика». Каковы ассоциативный ряд такого читателя, его понятийное поле; иными словами, как нужно писать рецензию, чтобы именно «тот самый» читатель купил книгу — и не разочаровался. Разумеется, нет четкого разделения, кто-то может с одинаковым удовольствием (ну, хотя бы без отвращения) читать и Павича, и сериал «Гор» Нормана. Но даже в случае такого всеядства ожидание будет разным: от Павича человек хотел бы получить одно, от Нормана — другое. И если в своих ожиданиях читатель будет обманут — не важно, хороша ли сама по себе книга, он все равно воспримет ее негативно.

Помогают ли сориентироваться покупателю в вале собственной продукции издательства? Нет, нет и еще раз нет! В статье «Фантастика: между притягательной силой жанра и неодолимой харизмой метода» я упоминал об этом: для издателя все покупатели, по сути, разделены на две категории. К первой относятся те, кто и так знает, о чем книга; в 95 случаях из 100 (исключение составляют особо злостные эстеты) такие читатели купят книгу в любом оформлении. Ко второй категории относится читатель, которого нужно завлечь — и делается это наиболее доступным способом: пестрыми картинками, крикливыми аннотациями, наконец, выпуском книг в сериях («купил одну — купит остальные, он ведь собирает серию»).

Если судить по обложкам и аннотациям, в 99% издаваемых книг фантастики нас ждут кровь, перестрелки, спасение миров и, в перерывах между оными, любовные похождения главного героя (разумеется, успешные!). Впрочем, в 70% именно все это и составляет контент упомянутых книг.

Вообще, к существующему термину «женский/дамский роман» следовало бы добавить «роман подростковый, фантастический» — инфантильную по своей сути писанину, в которой автор (все равно какого биологического возраста), не слишком убедительно скрывшись за личиной главного героя, своего alter ego, вовсю демонстрирует нам свои комплексы. Подобные герои, как правило, скромны и остроумны (точнее, считают себя таковыми), имеют успех у всех существ противоположного пола, какие только появляются на страницах книги (а появляются они там редко и бывают описаны крайне схематично); наконец, такие герои спасают мир, до той поры их гениальности не признававший, и отправляются почивать на лаврах (вместе со схематично выписанными красотками).

Литературный язык? внутренняя логика текста? новизна идей? — ищите их где-нибудь в другом месте!

Но на подобную книжную продукцию существует спрос (равно как и на дамские романы) — и алкающий именно такой книги читатель купит и прочитает ее с удовольствием. Купит и прочитает, если его привлечет обложка, если распалит воображение аннотация, если прочитанная им рецензия будет соответствовать: а) содержанию книги; б) ее, книги, целевой аудитории. Смешон критик, всерьез обсуждающий образный ряд и архитектонику каких-нибудь «Обреченных на убой». Не меньшее недоумение вызовет рецензия с фразами: «Клевое чтиво!», «Лихо завернут сюжет», — на монографию Фернана Броделя «Средиземное море и средиземноморский мир в эпоху Филиппа II».

Итак, в первую очередь — четкое понимание целевой аудитории. А отсюда и второй, но отнюдь не маловажный фактор: самоидентификация рецензента.

Помните, я говорил о «более-менее объективной рецензии»? Почему «более-менее»? Да потому что абсолютно объективной вы никогда не прочтете: личные пристрастия рецензента всегда оставляют свой отпечаток.

И это... хорошо! Художественная литература — не свод однажды утвержденных правил; разные вкусы, разные предпочтения писателей дарят нам возможность читать разные книги, делают литературу живой, красочной. О нет, я не отстаиваю право на существование — и тем более, на монополизацию книжного рынка — за литературой даже не серой, а бесцветной, которой, увы, становится год от года все больше. Разумеется, есть некие рамки грамотности, внятности изложения и проч., которые не обойдешь пресловутым: «А я так вижу!» И прикрывать собственную безграмотность претензиями на оригинальность ни у кого долго не получается.

Критику хорошо бы помнить о том, что он — не истина в последней инстанции. О его вкусах, эрудиции, идейных убеждениях постоянные читатели скоро составят свое мнение, они будут делать «поправку» на все это, читая его материалы. Однако иногда бы хорошо и самому критику отдавать себе отчет в собственной субъективности.

А аналитика? Она и помогает сориентироваться, подняться от простого «мне понравилось» до «мне понравилось, потому что». Собственно, «понравилось» в большинстве случае как бы выносится за скобки (об этом — чуть ниже). А вот «потому что» как раз помогает читающему рецензию понять, понравится ли книга ему самому!

Теперь о «понравилось». По моему глубокому (и субъективному!) убеждению, писать рецензии на книги бесцветные, тусклые, никакие — не следует. Потому что «черный PR — тоже PR». Да и попросту жалко места, ведь в любом издании — газете ли, журнале — места для рецензий выделяют не так уж много; всегда — меньше, чем хотелось бы!

По-моему, рецензент в идеале должен выполнять роль этакого светильника: направлять внимание читателей на те книги, которые этого внимания достойны. Которые вышли в нераскрученной серии, или же их авторы обладают пока не слишком звучными именами, — те книги, которые могут затеряться в общем вале издаваемой фантастики, — но достойны большего. Иными словами, рецензия в 95 случаях из ста — материал со скрытым месседжем «Прочти эту книгу!»

Исключение стоит сделать в случае, если некую книгу уж так хвалят, так хвалят! — а по мнению критика, хвалят совершенно зря (или не за то, за что следовало бы). Тогда месседж меняется: «Осторожно! Не обманись!» — и критик объясняет: «книга не понравилась, потому что».

Но понравилась книга или нет, существует типовой набор ошибок, допускаемых критиками в рецензиях.

Например, не следует ругать книгу за то, чего в ней нет. Речь идет не о прорехах во внутритекстовой логике (их-то отмечать надо бы!), а о фразах вроде: «Жаль, очень жаль, что автор так и не написал о начальнике транспортного цеха».

Или вот еще один, едва ли не самый тяжкий грех рецензентов. В любом художественном тексте есть момент в сюжете (т.н. «завязка»), за который переступать в рецензии критик не имеет права. Это очень тонкая грань: с одной стороны, совсем ничего не писать о сюжете нельзя; с другой, нельзя и раскрывать интригу больше допустимого. (Что, увы, частенько позволяют себе в аннотациях те же издатели).

Вообще, в литературной критике все тексты, посвященные неким конкретным книгам, а не явлениям, тенденциям и проч., можно разделить на два типа, которые условно назовем «предисловия» и «послесловия». Принцип прост: в первом случае читатель с произведением, о котором идет речь, не знаком. Соответственно, «предисловия» (к каковым относится и большинство рецензий) больше рассказывают (с той или иной долей аналитики). Хорошие же «послесловия» в первую очередь занимаются именно анализом.

А что еще может и должно быть в рецензии (если, разумеется, объем позволяет)? Вопреки ограничениям (обычная рецензия бывает от 2 до 5 тыс. знаков с пробелами) хотелось бы видеть в материале:

— хотя бы минимальную информацию об авторе;

— повторяю — пересказ сюжетной завязки;

— анализ проблематики произведения, его идеи;

— анализ сюжетного построения, характеров (не обязательно, но желательно);

— описание языковой палитры, используемой автором, его стиля;

— если перевод — как книга переведена;

— как книга издана, оформлена (но в рецензии такую информацию необходимо внятно отделять, дескать, на обложку романа поставлен дурацкий рисунок, что, однако, не умаляет его, романа, художественных достоинств);

— акцентировать внимание, какому кругу читателей книга будет интересна в первую очередь (на худой конец — сравнить с какими-то из уже известных и похожих по тематике, стилю книг).

Многовато для 5 тыс. знаков? Да нет, нормально; хватит, если рецензент с первых же строк приступит к сути, а не станет выплясывать вокруг да около, попутно демонстрируя собственную эрудицию и проч.

И еще — то, чего многие критики не учитывают, а надо бы. Кроме целевой читательской аудитории книги, есть еще формат изданий, где появляется та или иная рецензия на эту книгу. И рецензия для «Реальности фантастики» или «Просто фантастики» (изданий жанровых) должна принципиально отличаться от, допустим, рецензии в журнал для подростков «Одноклассник» или в глянцевый «Free Time». Иные читательские круги, иные системы ценностей, а главное — иная погруженность в тематику. То, что для читателя жанрового издания — непреложная истина, читателю, допустим, «Одноклассника» надлежит разъяснить.

Не зная этого или не желая играть по таким правилам, многие рецензенты «уходят в глухую оборону»: пишут только для жанровых изданий. А это очень плохо, ведь тем самым они способствуют замыканию фантастики и фэндома на самих себя. Вот одна из причин, по которым фантастика считается недо-литературой, литературой второго сорта: о ней пишут «как для своих», критики ленятся или боятся представлять лучшие книги фантастики в других СМИ — и все мы в результате в который раз проигрываем...

* * *

Конечно, в этой статье подняты далеко не все проблемы, связанные с рецензированием фантастики и вообще с жанровой критикой. Ни слова не сказано, например, о заявленном «чего ждет от рецензии автор», не сказано об этическом аспекте рецензирования (ведь некоторые писатели-фантасты частенько выступают в роли критиков — допустимо ли это? хорошо или плохо?), не сказано о том, насколько важен фактор оперативности в написании и публикации рецензий, не сказано о рекламе скрытой и явной, о...

А впрочем, пора заканчивать дозволенные речи. Об упомянутых выше проблемах (и о многих других, пока не озвученных), надеюсь, мы поговорим в следующий раз.

PS. «Не стоит прогибаться под изменчивый мир!..»

Статья эта была зачитана на первом заседании КЛФ «Портал» 5 июня 2004 года — и тогда же оказалось, что к ней непременно нужно написать постскриптум. Потому что некоторым из присутствовавших показалось, дескать, автор статьи всячески призывает «прогибаться», «ложиться» под читателя, а ведь такое «прогибание» для настоящего творца — последнее дело!..

А действительно, не окажется ли, что, принимая в расчет формат издания, целевую аудиторию и проч. (к чему призывает автор данной статьи), критик «прогнется?»? Под этим термином подразумевается некая уступка в угоду: а) читателю (чтобы понял, чтобы понравилось), б) издателю (текст такого формата скорее опубликуют), вопреки собственным вкусам, творческому замыслу.

И здесь, к сожалению, многие путают художественную литературу, публицистику и журналистские тексты. В чем разница? Попробуем объяснить.

Художественный текст, в идеале, пишется «для себя»: в момент творчества автор не задумывает о том, кто будет его читать, не задумывается даже о том, для кого и почему он пишет; так не задумывается, наверное, соловей, когда поет свою песню. Творческий акт — нечто естественное, часто — далекое от рационального «для того, чтобы». Как говорил Жванецкий, «пис ать, как и п исать, нужно тогда, когда уже не можешь сдерживаться». Иными словами, художественная литература, даже несущая в себе некий публицистический или узкий тематический посыл, по сути своей безадресна, ее целевая аудитория не определена автором или определена очень схематично; или же эта целевая аудитория (например, в случае с детской литературой) определяется самим типом текста, его содержанием. Странно, однако написание сказки почему-то «укладыванием под читателя» никто не считает...

Вообще многие не отделяют собственно творчество (написание текста) и коммерческие вопросы (поиск издателя, заключение договора и проч.) — а это два совершенно разных аспекта писательской деятельности; оба — чрезвычайно важные, но смешивать их нельзя. Нельзя писать текст и в то же время думать о том, «куда бы его пристроить»; иначе ничего достойного не получится — хотя с коммерческой точки зрения может выйти весьма удачная вещь.

Ах, эта фраза «коммерчески успешный текст»! Многие озвучивают ее с уничижительными интонациями — а зря, совершенно зря! Ведь коммерческий успех может быть вызван разными причинами. Да, кто-то пишет книгу, ориентируясь в первую очередь именно на этот успех — и добивается его (а бывает, что и нет). Кто-то же пишет «просто для себя», а потом оказывается, что книга успешна коммерчески. Более того, при правильном PR-е, можно в несколько раз повысить продажи любой книги (написанной бездарно или талантливо — не важно); PR сам по себе не является чем-то недостойным (но об этом все же давайте поговорим подробнее в следующий раз).

Итак, это что касается текстов художественных. И, добавлю, публицистических — как правило, они пишутся тоже в первую очередь «по велению души», а потом уже автор ищет, где бы их опубликовать.

Не то — тексты журналистские (в том числе — рецензии). Журналистика тем и отличается от литературы, что она работает «на читательский отклик». Даже термины специальные для этого существуют: эффективность журналистского материала, например. Актуальность затронутой темы, правильно выбранная целевая аудитория, грамотно (с точки зрения выбранного понятийного поля) написанный материал — все это приводит к высокой эффективности такой статьи. В нашем случае, прочитав рецензию, человек захочет купить книгу — или, вопреки другим прочитанным им же рецензиям, покупать ее не станет.

Вот о чем речь. Хотите быть услышанными — говорите на понятном языке и в людном месте. Можно, конечно, читать проповеди в горах, баранам и камням; если проповедь будет пламенной и живой, и камни ответят, и бараны уверуют, но...

Но это уже, скорей, из области фантастики.

Искренне ваш, ВП.



   
Свежий номер
    №2(42) Февраль 2007
Февраль 2007


   
Персоналии
   

•  Ираклий Вахтангишвили

•  Геннадий Прашкевич

•  Наталья Осояну

•  Виктор Ночкин

•  Андрей Белоглазов

•  Юлия Сиромолот

•  Игорь Масленков

•  Александр Дусман

•  Нина Чешко

•  Юрий Гордиенко

•  Сергей Челяев

•  Ляля Ангельчегова

•  Ина Голдин

•  Ю. Лебедев

•  Антон Первушин

•  Михаил Назаренко

•  Олексій Демченко

•  Владимир Пузий

•  Роман Арбитман

•  Ірина Віртосу

•  Мария Галина

•  Лев Гурский

•  Сергей Митяев


   
Архив номеров
   

•  №2(42) Февраль 2007

•  №1(41) Январь 2007

•  №12(40) Декабрь 2006

•  №11(39) Ноябрь 2006

•  №10(38) Октябрь 2006

•  №9(37) Сентябрь 2006

•  №8(36) Август 2006

•  №7(35) Июль 2006

•  №6(34) Июнь 2006

•  №5(33) Май 2006

•  №4(32) Апрель 2006

•  №3(31) Март 2006

•  №2(30) Февраль 2006

•  №1(29) Январь 2006

•  №12(28) Декабрь 2005

•  №11(27) Ноябрь 2005

•  №10(26) Октябрь 2005

•  №9(25) Сентябрь 2005

•  №8(24) Август 2005

•  №7(23) Июль 2005

•  №6(22) Июнь 2005

•  №5(21) Май 2005

•  №4(20) Апрель 2005

•  №3(19) Март 2005

•  №2(18) Февраль 2005

•  №1(17) Январь 2005

•  №12(16) Декабрь 2004

•  №11(15) Ноябрь 2004

•  №10(14) Октябрь 2004

•  №9(13) Сентябрь 2004

•  №8(12) Август 2004

•  №7(11) Июль 2004

•  №6(10) Июнь 2004

•  №5(9) Май 2004

•  №4(8) Апрель 2004

•  №3(7) Март 2004

•  №2(6) Февраль 2004

•  №1(5) Январь 2004

•  №4(4) Декабрь 2003

•  №3(3) Ноябрь 2003

•  №2(2) Октябрь 2003

•  №1(1) Август-Сентябрь 2003


   
Архив галереи
   

•   Февраль 2007

•   Январь 2007

•   Декабрь 2006

•   Ноябрь 2006

•   Октябрь 2006

•   Сентябрь 2006

•   Август 2006

•   Июль 2006

•   Июнь 2006

•   Май 2006

•   Апрель 2006

•   Март 2006

•   Февраль 2006

•   Январь 2006

•   Декабрь 2005

•   Ноябрь 2005

•   Октябрь 2005

•   Сентябрь 2005

•   Август 2005

•   Июль 2005

•   Июнь 2005

•   Май 2005

•   Евгений Деревянко. Апрель 2005

•   Март 2005

•   Февраль 2005

•   Январь 2005

•   Декабрь 2004

•   Ноябрь 2004

•   Людмила Одинцова. Октябрь 2004

•   Федор Сергеев. Сентябрь 2004

•   Август 2004

•   Матвей Вайсберг. Июль 2004

•   Июнь 2004

•   Май 2004

•   Ольга Соловьева. Апрель 2004

•   Март 2004

•   Игорь Прокофьев. Февраль 2004

•   Ирина Елисеева. Январь 2004

•   Иван Цюпка. Декабрь 2003

•   Сергей Шулыма. Ноябрь 2003

•   Игорь Елисеев. Октябрь 2003

•   Наталья Деревянко. Август-Сентябрь 2003